Европу «зачистят» от цыган

Вся Европа на прошедшей неделе обсуждала цыган. Поводов была масса. В Греции в цыганском таборе нашли пятилетнюю девочку-блондинку, а в Косово депортированную из Франции цыганку побили. Для цыган Евросоюз всегда был словно прокрустово ложе. Но и после краха мультикультурализма другого ложа для них на юге Европы нет.

И у цыган рождаются белокурые дети — это открытие Европа переваривает третий день. Интрепол оказался бессилен против анализа ДНК. Изъятых в Ирландии детей пришлось вернуть обратно в семьи, а мама четырехлетней Марии из Греции нашлась в нищем болгарском таборе. Ребенка она отдала сразу после рождения знакомой цыганской паре — нечем было кормить. Скорее всего, сделка не была безвозмездной, но уже понятно, что ребенка никто не похищал.

«Да, я родила ребенка, а затем отдала его, чтобы о нем позаботились. А я вернулась к остальным своим детям», — сказала возможная мама девочки найденной в таборе в Греции, Саша Русева.

В Ирландии шестилетнюю девочку забирали из табора десять полицейских.

Семью Дибрани из Франции на ближайший рейс в Косово сажали частями. Сначала — папу, потом — четверых детей с матерью. Пятнадцатилетнюю Леонарду дома не нашли — зяли прямо из школьного автобуса, когда класс ехал на экскурсию на завод компании Peugeot.

К семье Леонарды у полиции были обоснованные претензии. Политическое убежище Дибрани запросили еще в 2009 году. Документы сдали поддельные. Родители сообщили в интервью, что они беженцы из Косово и на исторической родине у детей нет возможности ни жить, ни учиться в школе, на албанском они не говорят. И это правда, потому что к Косово семья не имеет никакого отношения — 30 лет Дибрани прожили в Италии, в городе Фона, где, как выяснилось, отец семейства заставлял детей просить милостыню. Об этом узнали службы опеки. Примерно тоже самое происходит и во Франции — бесплатно на интервью папа Леонарду не выпускает.

«Во Франции нам пока лучше всего, потому мы и хотим вернуться. Здесь большинство — это мигранты, чуть ли не 70%, потому французы пока толерантнее, наверное. До нас еще марроканцы приехали», — рассказал Резат Дибрани.

За методы, которыми Франции избавилась от одной цыганской семьи, уже расплачивается президент Олланд: его рейтинг — 23%, это новый антирекорд. Зато у семьи Леонарды теперь свой дом в Косовской Митровице — мэрия предоставила, охрана у крыльца. Но если бы не скандал, где бы они были после депортации? Как и все, в цыганском квартале Махала по другую сторону реки Ибар. Отсюда для многих начинался путь в Европу, некоторых сюда вернули.

Кутим Татари прожил в Германии девять лет. Семь из них — в тюрьме. «Мы — третий сорт, нам дают самую плохую работу», — жалуется Кутим.

Во Франции, где цыганский вопрос перед выборами всегда становится резко политическим, двадцать тысяч цыган.

Италия, где их 170 тысяч, давно научилась решать проблемы тихо, не привлекая внимания. В 2007 году стране здорово досталось от Евросоюза. Когда молодой румын ограбил, изнасиловал и убил итальянку, в Риме началась едва ли не репатриация цыган. Сегодня с виду все по-европейским стандартам: табор можно разбить только там, где скажет мэрия, свет, электричество, вода — все есть.

Самый большой цыганский лагерь в Риме. Десять километров от окружной дороги. Сто семей. Двести бараков-модулей пронумерованы. Передвигаться можно спокойно, но полиция рекомендует не расставаться с рацией — она следит за всеми перемещениями съемочной группы — для безопасности.

Законы, как и везде, одинаковые: слева — мусульмане, справа, ближе к полиции, — цыгане из Сербии, православные. После нескольких междоусобных ЧП и беспорядков Италии это пришлось выучить — нельзя всех в один модуль.

Десять человек — это норма. Пять-шесть детей — минимум в каждой семье. В школу ходят единицы. Автобус, который приезжает в лагерь каждое утро, уходит полупустым.

Работает в Италии один из пяти цыган. Остальные — на улице. Они моют стекла на светофорах — за евро, мешают парковаться, просят милостыню.

Регулярные рейды и «зачистки» в Италии стараются не анонсировать. 7:15 утра. Римская периферия. Семьдесят полицейских, надев перчатки, проверяют, нет ли в палатках спящих людей, прежде чем запустить бульдозер.

Благотворительная организация, что сняла видео о депортации, начала кампанию «Остановим апартеид». Это слово, с точки зрения правозащитников, больше всего подходит к тому что в Европе, которая сама открыла свои границы, делают с цыганами. И чем дальше от столицы разбит табор, тем жестче методы. Мэрии перекрывает воду в фонтанах, где моются цыгане, отключают свет, который они, конечно, воруют. Недавно под Неаполем лагерь с цыганами отгородили трехметровой бетонной стеной. Все, что не похоже на Европу XXI века, теперь надежно спрятано.

«Это давно узаконенная форма дискриминации — на государственном уровне. Если ты цыган, ты не можешь жить в квартире с удобствами — не положено, твое место — в гетто. С точки зрения мэрии, если ты цыган, других вариантов у тебя нет», — подчеркнул глава организации по защите романского населения «21 июля» Карло Стасолла.

Депортация цыган, как выяснилось на практике, — дело дорогое и малоэффективное — уезжают и возвращаются. Интеграция — бессмысленное занятие: никакие программы в Европе, как следует, так и не заработали. Оптимистически на цыганский вопрос сегодня смотрит только Украина, которая пока не в Европе, но очень туда хочет. Указ президента Януковича о стратегии защиты и интеграции в украинское общество ромского национального меньшинства подписан и уже вступил в силу. Цыганам, решившим переехать на постоянное место жительства, Украина пообещала облегчить визовый режим.