Егор Холмогоров: ружье, которое не выстрелило

Приехал со съемки программы НТВшники. Программа, мягко говоря, странноватая и провокационная. Драка Лебедева с Полонским там явно не была случайностью. Темой было: почему русских не любят в мире.

Заставка — жуткие инферналы авторства Васи Ложкина.

Состав участников — условно «прорусская» сторона — Егор Холмогоров, Наталья Нарочницкая, Маргарита Симоньян, условно «русофобская» сторона — Виктор Ерофеев, Марат Гельман, Вилли Токарев (последний был посажен туда совершенно зря — ни одного русофобского заявления он не сделал, напротив делал заявления весьма и весьма правильные).

Среди команды НТВ был депутат Мединский, так что все зрелище по совокупности должно было, видимо, работать агитацией за «Единую Россию».

Я был со своей тростью, что довольно важно.

Первый сюжет — дело героической русской бабушки — Клары Семеновны Ситновой, которая вывезла из Финляндии своего внука — российского гражданина 12-летнего Виктора, у которого умер отец. Виктора травили в школе за то, что он не финн, а социальные службы пытались передать его в чужую семью, где его собирались использовать чтобы он пас скот.

Бабушка вывезла внука из Финляндии в Санкт-Петербург, а сама вернулась на растерзание к финнам — у нее тяжело больной муж-финн, которого она не может бросить.

Я сказал о том, что бабушка настоящая героиня, что это прекрасно, что русский мальчик будет жить среди русских, говорить на русском языке. Что она молодец. Что мы должны вообще ввести принцип что каждый русский по происхождению человек имеет право на российское гражданство или на постоянную визу на въезд в Россию.

Еще я рассказал историю о своем общении с француженкой, которая мечтала переехать «в Россию, где правят националисты Путин и Медведев и где нет мигрантов» — опровергая тем самым тезис, что западная русофобия всеобща и всенародна.

Гельман и Ерофеев совершенно справедливо указали на то, что ужас в том, что государство этой женщине не помогает. И Ерофеев при этом сказал про «наше поганое государство» — и пошеееел обсос этого «поганого государства», продолжавшийся всю программу.

Потом начали демонстрировать какие-то мерзкие русофобские картинки с выставок Гельмана, а также Хй на Литейном. Гельман кричал, что показывают провокационно, не все слайды, которые он принес, а лишь выборочно. Не знаю, что уж там было выборочно, но там было отменно русофобское дерьмо. Это был первый раз, когда ружье не выстрелило и я не пустил трость в ход против экрана, где эту гадость показывали. Хотя очень хотелось.

Гельман говорил, что Хй был художественной акцией, жестом.
Я его спросил, а был ли художественной акцией разгром православными активистами его выставки.
Оказывается разгром, — это не художественный жест. И вообще, когда пририсовали усы Джоконде, то оперировали с копией, а не с оригиналом.
— А ваш Бренер, или как его, когда на Малевиче доллар рисовал — это как? — спросил я.
— И вообще, они рисовали на подлиннике Литейного Моста, заметила Маргарита.

Хотя Ерофеев на этот раз себя вел на удивление малорусофобски (насколько это для него возможно), но тут он начал рассуждать, что вся русская литература полна национального самобичевания. Хотя от собственного русофобского романа отрекся, заявив. что это не он, а его герой так думает о русских. Но мне все-таки пришлось напомнить ему, что куски из его романов дают в тестах вперемежку с трудами из нацистского преступника Розенберга — и далеко не всегда люди могут отличить русского писателя от нациста-русофоба — я лично угадал лишь 50% цитат. Ерофеев явно очень обиделся.

Дальше началась реклама гнусного сериала «Русские матрешки» идущего в США. Показали создателей и продюсеров сериала, которые предсказуемо оказались персонами по фамилии Левит. Они сообщили, что сериал вообще не для России, а для Middle America — в основном для домохозяек.

Токарев сказал, что ничего общего с этими жуликами с Брайтона иметь не желает. Русские в Америке — это Зворыкин, Сикорский, Рахманинов…

А я указал на то, что эта публика сама проговорилась — домохозяйка Среднего Запада — это электорат республиканцев. И такие шоу с гнусным образом русских нужны для того, чтобы подхлестнуть электорат для того, чтобы голосовать против Обамы, сдружившегося с «этими отвратительными русскими».

Дальше пошел говнодискурс, извините, про туристов. Я уже не могу больше слушать это дерьмо про «ужасных русских туристов».

Выступала девушка-красавица, которую с ее молодым человеком избивала толпа турок, когда ее молодой человек вступился по поводу приставаний к ней турка.

Девушка была совершенно возмущена, что российское консульство никак не вмешалось в ситуацию и не предпринимало никаких действий по их защите.

Токарев воскликнул:

— Нечего к этим дикарям ездить! (не в смысле — сама виновата, а именно в смысле что дикари) и я мог только его поддержать.

Ерофеев начал гадостно интересоваться как именно она мазалась кремом — еще один случай, когда я сдержался и палка не «выстрелила».

Затем явился какой-то турецкий журналист, который работает в Москве 20 лет. И снискал всеобщую уже ненависть и готовность его побить. Вместо обсуждения истории с избиением наших граждан он начал рассуждать о том, что вот вам русским самим надо меняться, чтобы вас любили, а вы не меняетесь. На него напустились буквально все. И вот честно говоря, здесь уже желание пустить предмет в руки было особенно сильным и сдерживался я с большим трудом.

Затем был пущен идиотский на мой взгляд ролик о том, как ненавидят русских туристов в иностранных отелях.

Сперва какие-то немецкие бди в бассейне, у которых, видимо, наши тетки отбили еб-рей, объясняли какие русские отвратительные.

Потом турецкая горничная, которая заявила, что за русскими всегда много приходится убирать:

Тут я уже просто взревел ибо во мне взыграл оскорбленный обыватель и постоялец, начавший колотить палкой по полу:

— Ей зарплату платят за то, чтобы она убирала. Почему-то холеные горничные в Мартинесе не жаловались, что приходится убирать, а эта какого хрена ворчит…

В ответ нтвшники начали дружно меня уговаривать что нет, даже сами наши туристы хотят отелей, чтобы не было русских. Симоньян тут кстати уместно вспомнила про тошнотных англичан, с которыми вот уж точно лучше в одном отеле не оказываться. И в самом деле — оказаться в субботу вечером в одном лифте с бухой «Бриджит Джонс» — это все равно что оказаться в газовой камере.

Ерофеев начал рассуждать, что существует лестница, мол мы большие европейцы чем индийцы, но вот многого в Западной Европе нам еще недоступно. Это тоже вызвало изрядное возмущение. Тут я хотел вставить историю про то, как берлинские подростки кидались в прогулочный катер камнями, чего в Москве не вообразить, но мне просто не дали слова.

В качестве последнего номера цирка на арену выпустили журналиста «Коммерсанта-Украина» Артема Скоропадского, который начал утрированно ненавидеть нашу страну и спивающееся быдло, которым руководят Путин и Медведев, явно провоцируя жесточайший баттхерт.

Возможно, что нтвшники ждали, что тут-то я его и стукну.

Но Скоропадский переигрывал — он был настолько клиничен и настолько идиотичен, что все начали скорее ржать над ним и издеваться, чем ненавидеть.

При этом в нем было нечто странное: а именно, при том, что он реально, я посмотрел по источникам, считается журналистом близким к УПА, к УНА-УНСО и т.д. и даже имел на эту тему проблемы с СБУ, мой вопрос: «Героям слава?» он опознал только с третьего раза.

Короче бить его было только себя позорить. Я просто ласково назвал его «вырусью», что и есть чистая правда. Он очень прилипчиво бросился жать руку Ерофееву, но тот руку убрал.

Потом пошли заключения.

И я сказал две вещи:

1. Русские великая европейская нация с великой историей и культурой. Мы не азиаты. И если кто-то на Западе этого не признает, то это его проблемы. Главное любить самим себя, и не заниматься национальным мазохизмом, как занимались многие в этой студии. Тут Хреков начал очень активно меня перебивать, так что скорее всего в программу этот кусок не войдет.

2. Кому нужно, чтобы мы ненавидели себя? Это нужно тем, кому нужны наши нефть и золото. Они хотят вынудить нас к самоубийству, чтобы присвоить наше выморочное наследство.

Дальше объявили типа голосование зрителей в студии, которые типа проголосовали на пультах за позицию 67% за то, что мы сами во всем виноваты. Правда голосовавших я не видел, так что кто голосовал — не знаю.

Главное, почему я не люблю такие программы, — это превышение времени съемки над временем в эфире вдвое.

Это означает совершенно безграничный простор для монтажных манипуляций.

И при таких манипуляциях, с учетом того, что телевизионщикам нужно шоу, выпадает все самое существенное.

Скажем, вполне вероятно, что пропадут мои слова о том, что всем русским должно быть предоставлено российское гражданство.

Наверняка пропадут мудрые монологи Н.А. Нарочницкой о том, что не надо думать, что в Европе все нас не любят. Что вообще не нужно заморачиваться на их русофобии, а рассказывать о России непредвзято. Нужно самим уважать себя и свою историю.

Останется скорее всего чисто телецирк с Холмогоровым размахивающим тростью.

Трость эта явно, на фоне истории с Лебедевым и Полонским держала всех в напряжении.

Но, вопреки Чехову, в ход пущена не была.

Что получится — смотрите в воскресенье на НТВ в 22.55