Белорусы не хотят продаваться

Большая часть населения Белоруссии боится объявленной Лукашенко приватизации. Страна, жители которой привыкли к социальным льготам и стабильной занятости, все еще продолжает надеяться, что так будет и дальше. Но у Батьки нет возможностей поддерживать прежний уровень жизни в стране.

Белорусский президент поворачивает экономику к рынку. Самое очевидное следствие этого: массовая приватизация. Батька заявил, что готов продать абсолютно любое предприятие: хоть «Беларуськалий», хоть нефтеперерабатывающие заводы, хоть мелкие текстильные фабрики в регионах, хоть колхозы в деревнях. Простых белорусов такая смена курса немало страшит: для большинства местных жителей это означает отказ от тех социальных благ, к которым они привыкли за долгие годы.

Батька, прекрасно понимая, что население приватизацию не поддержит, говорил о ней очень осторожно и взвешенно. Например, заявил, что большинство предприятий будет продано по принципу: 75% на 25%. Цель ясна и проста: властям нужно исключить формирование у частников крупных пакетов акций – с тем, чтобы они не могли влиять на политику предприятий. Такое «народное IPO», в частности, постигло Минский завод игристых вин. «Я слышу недовольство»богатеньких»: почему ограничено число акций, которые продаются в одни руки. В очереди стоят десять бизнесменов, которые хотят купить этот завод, но мы его не продали, потому что хотят за бесценок купить. Как определит рынок цену, по этой цене будем продавать предприятие, если будем», — рассказал Лукашенко.

Другой тезис: «богатенькие» инвесторы должны будут добиваться разрешения на приватизацию сначала не со стороны главы государства или правительства, а непосредственно с работниками предприятий. «Для того чтобы приватизировать предприятие, желающий должен идти не к президенту, а на предприятие. И трудовой коллектив должен принять решение, быть приватизации или нет. Затем добро должны дать местные власти, потом ведомственные чиновники, а затем правительство, только рассмотрев все «за» и «против», внесет на подпись президенту», — разъяснял Батька.

Как это будет выглядеть на практике, не совсем понятно. Как-то слабо верится в то, что российский олигарх будет советоваться с руководством завода, можно ли ему приобрести предприятие. Кроме того, непонятно, какой такой коллектив добровольно согласится на приватизацию. И дело тут не столько в простых рабочих (они могут соблазниться на дополнительные инвестиции и рост зарплат), а в директорах госпредприятий.

Расхожая ситуация с приватизацией выглядит так: директора обхаживают инвесторов и всячески отговаривают их от покупки, демонстрируют «слабые» стороны предприятия. Их резон прост и понятен: со сменой собственника шансы на удержание под собой директорского кресла и связанную с этим коррупцию резко снижаются. Кстати, на эту проблему пару месяцев назад и обращал внимание Лукашенко: мол, нужно жестко спрашивать с тех руководителей, которых часто посещают инвесторы, но безрезультатно.

Пока приватизация в Белоруссии идет необычайно вяло: в 2011 году правительство смогло распродать только 19% от общего количества госсобственности. В прошлом году была только одна по-настоящему крупная сделка: Лукашенко продал 50-процентный пакет акций «Белтрансгаза».

Надежд на то, что сейчас этот процесс пойдет быстрее, особо нет. По крайней мере до тех пор, пока золотовалютные резервы Белоруссии снова не упадут до критичных $4 млрд (именно с этого события в стране в прошлом году начался валютный кризис). Сейчас на счетах Нацбанка чуть больше $8 млрд. Но резервы уже начали мало-помалу таять. Батьке нужны новые поступления – хотя бы ради того, чтобы обеспечить, наконец, белорусов средней зарплатой в $500, как обещается уже много лет подряд.

Пока белорусы очень боятся приватизации. «У нас сейчас безработица фактически нулевая, все при деле. А придет частник, выгонит половину (мы объективно филоним часто) — и что делать? Чем кормить семью? Той половине, что останется, платить, может, будут и больше, а остальным что делать? Я 27 лет отдал этому предриятию, даже не мыслю себя на другой работе», — рассуждает в беседе с корреспондентом «Росбалта» Василий, слесарь на МАЗе, который вскоре может отойти под контроль российского КАМАЗа.

«Частники – это ненадежно. Черт его знает, как это повлияет на пенсию и на все остальное. С государственной работы тебя не уволят за два года до выхода на пенсию, а с частной фирмы – так часто делают и этим даже шантажируют», — приводит свою точку зрения сотрудник Белорусского механического завода 57-летний Александр.

Белорусы привыкли, что хотя бы один из членов семьи обязательно работает «на государстве»: так спокойнее и надежнее. Очевидно, через некоторое время им придется пересмотреть свои привычки. Другого выхода у Лукашенко, кроме как решиться на приватизацию, нет: с растущими ценами на энергоносители и развитием кризиса в еврозоне у него просто нет ресурсов для того, чтобы поддерживать жизнь населения на прежнем уровне и по прежним законам общественного устройства.